«Интернат»

- 1 -

Водитель, мужик кавказской внешности, лихо вез Настю по улочкам города. Наконец, остановился возле большого дома на окраине парка, огороженного высоким решетчатым забором. Настя прочитала название на табличке у ворот, висевшую еще, по-видимому, с совдеповских времен. «Интернат имени Клары Цеткин». В ее пути из Москвы таксистом этого провинциального городка была поставлена точка.

— Спасибо, — сказала Настя, роясь в сумке для расчета с кавказцем.

— Родствэнницу прыехали провэдать? — спросил вдруг таксист, и посмотрел куда-то вниз. Настя поймала его взгляд на своей юбке, в дороге она задралась выше колен, оголив ее стройные привлекательные ноги. Резким движением Настя поправила юбку, быстро нашла мелкие деньги и протянула бесцеремонному таксисту.

— Я приехала сюда работать, — холодно ответила она.

— Интернат Клары Целкин, — выдал вдруг кавказец, делая акцент именно на замененную букву в последнем слове — фамилии некогда известной революционерки. Развязанность этого хача возмутила и одновременно поразила ее. Отметив Настину реакцию, таксист пояснил. — У нас его так называют.

— Почему? — нашла нужным переспросить удивленная Настя.

Таксист в ответ осклабился в какой-то липкой улыбке и произнес в ответ лишь одно.

— Блядюшник.

Похабное слово противным скрипом прозвучало у Насти в ушах. Отдало мурашками отвращения по спине. Но одновременно будто повеяло каким-то запахом — тем, который выделяют смешанные женские и мужские тела. Запах похоти. Такая характеристика заведения, ее будущего места работы, от местного жителя вызывала вопросы. Она ничего больше не уточняла у этого простого в выражениях водилы, который тем не менее любезно помог ей вытащить чемоданы.

— Я сама, — отсекла Настя предложение донести ее вещи до дверей здания. Взяв в руки два чемодана, она уверенной походкой прошла по аллее, но спиной чувствовала, как кавказец разглядывал сзади ее походку, длинные, притягивающие мужчин, ноги, аккуратную выпуклую попку. «Хамье», — подумала Настя о водиле, и переключила свое внимание на цель ее поездки — женский интернат. Серые стены выражали одиночество жизни здешних девчонок, растущих без родителей. Лестницы и коридоры были пустыми, шли уроки. На стенах везде висели рекламные плакаты «Виктор Глебов — наш мэр!»

Директор интерната, Андрей Петрович, мужик под пятьдесят, был похож на шерифа с американских вестернов. Встретил ее приветливо, осмотрел с ног до головы. Оценивающе. К такому взгляду Насте было не привыкать.

- 1 -

Оставить комментарий

Код Антибот